Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Почему россияне выиграли от присоединения Крыма?



К каждой годовщине присоединения Крыма появляется множество аналитических статей, которые довольно подробно описывают различные эффекты этого события (вот один из множества примеров https://www.znak.com/2019-03-15/ekspert_rossiyane_v_celom_proigrali_ot_prisoedineniya_kryma_kak_ispravlyat_situaciyu). Обычно их авторы приходят к выводу, что присоединение Крыма было выгодно только путинской элите, а россияне в целом проиграли. Я бы поспорил с этим заключением. Во-первых, эксперты некорректно связывают негативные тенденции в российской экономике последних лет только с фактом присоединения Крыма. Во-вторых, они игнорируют положительные нематериальные эффекты, которые, скорее всего, можно оценить в триллионы рублей.

Сразу оговорюсь, что в моем посте речь не будет идти о законности или незаконности присоединения Крыма. Здесь как раз дискуссии особо быть не может. Присоединяя Крым, Россия нарушила целый ряд международных обязательств и законов, начиная с Будапештского меморандума и заканчивая проведением референдума под дулами автоматов.

Однако факт незаконности не отменяет, что само это мероприятие могло быть выгодно России в целом как стране, даже несмотря на некоторые негативные последствия. Это как с воровством. Все знают, что воровать плохо и незаконно. Тем не менее, некоторые люди все равно воруют, потому что их ожидаемые выгоды от этих действий превышают ожидаемые издержки, связанные с возможностью наказания. В частности, в России много высших чиновников воруют. Дворцы и яхты Медведева, Володина, Неверова, Золотова, Пескова и многих других чиновников не могут быть объяснены их официальными доходами. Но они продолжают воровать, потому что для них выгоды воровства превышают ожидаемые издержки. Аналогичная в ситуация с Крымом. Выгоды, если их правильно оценить, превышают издержки.

Начну анализ с завышенных оценок издержек. Когда говорят о цене присоединения Крыма, обычно упоминают негативный эффект от санкций и средства, вложенные Россией в Крым.

Эффект от санкций.
Прямой эффект от изначальных санкций, которые были введены в марте 2014 г., для российской экономики был крайне мал. 17 марта 2014 г. США ввели ограничительные меры против 11 российских и украинских чиновников, включая Матвиенко, Рогозина, Суркова, Глазьева, Мизулину, Клишаса, Слуцкого и Аксенова (https://ria.ru/20151125/1328470681.html). Эти лица безусловно, пострадали, но российская экономика этих санкций фактически не заметила. Позже под санкции попало больше людей и некоторые компании (в основном, оборонные), но эффект на экономику опять же был минимальный. Намного бОльший эффект на экономику оказала цена на нефть. С августа 2014 г. по январь 2015 г. цена на нефть упала со 100 долларов за баррель до 45 долларов, и именно с сентября 2014 г. мы начали наблюдать резкое падение курса рубля. В августе 2014 г. доллар стоил 35-36 рублей, а уже в январе 2015 г. - 60-70 рублей. Резкое ухудшение состояния российской экономики во второй половине 2014 г. объясняется падением цены на нефть, а не введением санкций. С марта по август 2014 г., период активного введения санкций, российская экономика и рубль чувствовали себя вполне стабильно без каких-либо серьезных проблем.

Намного более серьезный негативный эффект для российской экономики и качества жизни населения принесли не санкции, а так называемые антисанкции, когда Россия запретила импорт продовольствия из Евросоюза и некоторых других стран. Моя версия, что лоббистом этого решения в правительстве был Аркадий Дворкович. Он, в августе 2014 г. в противоречии всем законам экономики, которые он прекрасно знает, утверждал, что никакого роста цен на продовольствие не будет (https://ria.ru/20140813/1019848082.html). Через полгода, в январе 2015 г., когда уже стало очевидно, что антисанкции вызвали рост цен на продукты, причем затронули в основном не хипстеров с их хамоном и пармезаном, а широкие слои населения и широкий класс продуктов – овощи, фрукты, мясо, молочную продукты, Дворкович продолжал публично защищать необходимость сохранения продуктового эмбарго (https://www.vesti.ru/doc.html?id=2293192). Теперь мы знаем, что Дворкович и Ткачев - большие друзья (https://www.youtube.com/watch?v=cPfZujA3p-w), а Ткачев по совпадению – владелец одного из крупнейших агрохолдингов. Лоббируя введение и сохранение продуктового эмбарго, Дворкович прежде всего работал на интересы Ткачева, который и явился основным бенефициаром от его введения. Дворкович и Ткачев для введения продуктового эмбарго как предлог использовали введение западных санкций, связанных с Крымом. Однако есть ли у вас уверенность, что подобное эмбарго не было бы введено под каким-либо другим предлогом? Есть крупные финансовые интересы конкретных людей. Значит нужно просто придумать повод, чтобы их реализовать. Именно таким образом вводили систему «Платон», чтобы на ней заработал Игорь Ротенберг https://www.gazeta.ru/auto/2015/11/13_a_7889693.shtml). На «Пакете Яровой» заработают партнеры Усманова и «Ростех» (https://dailystorm.ru/obschestvo/paket-yarovoy-vse-chto-nuzhno-znat-o-novom-zakone-hraneniya-dannyh ). Чтобы производители Глонасса немного заработали, с 2017 г. в России все импортируемые автомобили должны быть оборудованы системой «ЭРА-Глонасс». Правительство и Госдума регулярно принимают какие-нибудь законы направленные на обогащение узкой группы лиц за счет основной массы населения.

Многие справедливо замечают, что косвенный эффект от санкций превышает прямой. С нами как со страной все меньше хотят иметь дело. Однако опять же, есть ли у вас уверенность, что если не было бы Крыма, то наше правительство выстраивало бы эффективные институты и улучшало бы инвестклимат? Недавний арест руководителя Baring Vostok Майкла Калви - это негативный эффект для нашего инвестклимата, сопоставимый с эффектом санкций. Подобных негативных событий для инвестиционного климата, помимо санкций, за последние годы было множество. Это и запрет иностранным компаниям владеть СМИ, и экспроприация «Башнефти» у Евтушенкова, и ограничения на свободу интернета («пакеты Яровой и Клишаса»), отравление Скрипалей, фактическая национализация всей финансовой системы, проводимая Набиуллиной, и многие другие меры. Крымские санкции - это лишь одно звено в этой длинной цепи. Представьте, что вы видите идущего по улице алкоголика, всего грязного в описанных штанах. Возможно, если бы он описался не три раза, а всего два, то его штаны были бы чуть посуше. Но глобально его имидж в глазах общества это вряд ли бы исправило.

Это не корректно списывать все экономические беды, свалившиеся на нас, на «эффект Крыма». Если попытаться его изолировать, то, скорее всего, окажется, что эффект относительно небольшой, как в масштабах экономики, так и по сравнению с совокупностью других действий, предпринятых нашим правительством за последние годы.

Траты на Крым.

После присоединения Крыма Россия туда вкачала сотни миллиардов рублей, включая знаменитый Крымский мост – только на него было потрачено 228 млрд рублей (http://www.online812.ru/2018/05/14/007/). Однако мы тут опять попадаем в похожую ловушку. Почему вы уверены, что если бы правительство не отдало эти деньги Аркадию Ротенбергу (https://www.forbes.ru/kompanii/infrastruktura/282637-most-nash-kak-arkadii-rottenberg-poluchil-podryad-na-stroiku-veka), то оно потратило бы их на что-то полезное – пенсии, зарплаты врачам, учителям, строительство больниц и школ? У нас, скорее, есть все основания полагать, что если бы эти деньги не отдали Ротенбергу на этом проекте, то их бы отдали ему на каком-то другом проекте. К примеру, несмотря на все доводы экономистов, что российский бюджет сейчас профицитен и вообще нет необходимости повышать пенсионный возраст, отбирая у нищих людей последние крохи, правительство все-таки, ссылаясь на довод «денег нет», пенсионный возраст повысило. И вскоре после повышения пенсионного возраста приходит новость, что Ротенбергу выделяют триллион рублей на строительство самой дорогой дороги в России (https://www.svoboda.org/a/29814424.html). При этом у проекта вообще нет разумной экономики – невозможно придумать финансовую модель с разумными предпосылками, чтобы эта дорога окупилась даже на горизонте 100 лет. По совпадению, бюджет дороги - это как раз примерно сколько составит ежегодная экономия в ближайшие годы от увеличения пенсионного возраста. К слову, интересно было бы посмотреть финансовое обоснование проекта этой дороги от уважаемых правительственных экономистов, которые финансовыми моделями обосновывали увеличение пенсионного возраста (см. о дискуссии с ними здесь https://mmironov.livejournal.com/44070.html и здесь https://mmironov.livejournal.com/44477.html)

Итого, я бы не переоценивал наши потери от инвестиций в Крым. Если бы бюджет не отдал эти деньги Ротенбергу на крымских проектах, то перечислил бы Ротенбергу (как вариант: Тимченко, Ролдугину, Пригожину) на каких-либо других проектах. Населению эти деньги все равно бы не достались.



Выгоды от присоединения Крыма

Большинство аналитиков вообще игнорирует монетарную оценку положительных эмоций россиян, связанных с присоединением Крыма. Это цифра составляет как минимум несколько десятков триллионов рублей.

Эмоции оценить непросто, но возможно. Например, поехать в отпуск стоит дорого. Во-первых, вы должны потратить значительные деньги на прямые затраты – покупку авиабилетов, бронирование отелей, походы в рестораны и музеи и т.д. Во-вторых, вы не работаете эти две недели, то есть не зарабатываете денег, которые могли бы заработать (даже если отпуск «законный» - вы могли бы, например, туда не ходить и получить компенсацию за неиспользованный отпуск, или во время своего отпуска подработать где-то еще). Тем не менее, люди во всем мире любят отдыхать, потому что их положительные эмоции от отпуска в среднем превышают затраты. В этом случае эмоции по нижней границе можно оценить в стоимость затрат. Люди заводят детей - тоже дорогостоящее удовольствие - рассчитывая получить положительные эмоции. В современных развитых странах дети уже давно не играют роль in-house социального страхования. Для этого есть пенсии и другие инструменты гарантирования достойной старости. Люди заводят детей, чтобы, прежде всего, испытать положительные эмоции, и нижняя оценка этих эмоций – это затраты на воспитание.

Российское население в целом испытало огромные положительные эмоции от присоединения Крыма. К сожалению, никто нормального экономического исследования по измерению этих эмоций не провел, но мы можем судить о масштабе этого эффекта косвенно – через рейтинг одобрения действий правительства. На протяжении предыдущих 4 лет с 2009 г. по 2013 г. рейтинг Путина стабильно падал - с 60% до 45%. В 2014 г. он подскочил до 64%, а в 2015 г. – до 72% (http://www.aif.ru/dontknows/infographics/1475392 ). В самый «жирный» предкризисный год, 2007 г., когда ВВП вырос на 8.5%, а реальный рост доходов составил 13.1%, рейтинг Путина был 55%. В 2015 г., когда ВВП упал на 3.7%, а доходы - на 3.2%, рейтинг Путина составил 72%. Итого, несмотря на падение экономики и реальных доходов, россияне были более удовлетворены работой Путина и правительства, чем когда экономика и их доходы быстро росли. ВВП России в 2014-2015 гг. составлял порядка 70 трлн рублей. Разница между 3.7% падения и 8.5% роста – 14.2% или 10 трлн. рублей (14.2%*70). Итого, в первые годы после присоединения Крыма, мы можем грубо оценить положительные эмоции россиян в 10 трлн рублей в год.

Этот эффект от положительных эмоций длился несколько лет, что в том числе позволило Путину укрепить свои позиции в Думе и показать намного более высокий результат на президентских выборах в 2018 г. (при том, что экономика уже много лет стагнирует). Либеральные пропагандисты этот результат объясняют массовыми фальсификациями и недопуском конкурентов, но то же самое было в 2011-2012 гг. Однако тогда эти фальсификации вызвали недовольство в обществе, и граждане массово выходили на улицы. После присоединения Крыма мы такого недовольства в обществе уже не наблюдали.


За последние полгода рейтинг Путина резко упал – до 32.8% (https://www.bbc.com/russian/news-47008309), и многие аналитики говорят, что эффект Крыма уже пропал. Я не совсем согласен с подобной трактовкой. Резкое падение объясняется введением непопулярной пенсионной реформы. Положительные эмоции от присоединения Крыма, конечно, постепенно затухают, однако еще в апреле 2018 г., до объявления о пенсионной реформы, он составлял 48.4%. Если бы все еще не было положительных эмоций населения от присоединения Крыма, то сейчас рейтинг Путина был бы не 33%, а процентов 15-20.


Итого, положительный эффект для населения России можно оценить в сумму порядка 10 триллионов рублей ежегодно в первые года 2-3 после присоединения Крыма и несколько триллионов в последующие. Суммарный негативный эффект от санкций и других связанных проблем можно оценить в несколько сотен миллиардов, от силы несколько триллионов. Хочу подчеркнуть, что в рамках этой статьи я не анализирую положение жителей Крыма, многие из которых также очень много потеряли (прежде всего, в связи с неопределенностью их юридического статуса, отсутствия нормальных возможностей строить жизнь, бизнес и карьеру, и других факторов). В этой статье речь идет о жителях «материковой» России, которые в среднем, безусловно, на настоящий момент выиграли от присоединения Крыма.


Мой анализ касался в основном краткосрочной перспективы. В долгосрочном перспективе выгоды непонятны, и общий эффект будет зависеть от действий нового правительства России по урегулированию вопроса Крыма с Украиной. Если ничего не делать, то рано или поздно положительные эмоции утихнут, а негативные издержки придется ежегодно нести. В какой-то момент издержки перевесят выгоды. Поэтому России, безусловно, в будущем нужно находить какое-то решение с Украиной по поводу Крыма.

Однако я считаю, что упор на анализ издержек и выгод в вопросе с Крымом, - в принципе неправильный. Либеральные пропагандисты не должны с калькулятором в руке подсчитывать все затраты, прямые и косвенные, и на этих расчетах пытаться убедить россиян в невыгодности присоединения Крыма. Не на этом нужно строить свою аргументацию. Большинство людей в мире не воруют не потому, что издержки от воровства больше выгод, а потому, что им папа с мамой в детстве объяснили, что воровать - это плохо. И общество на протяжении всей жизни им потом объясняет, что это плохо. В России же, к сожалению, воровство является социально приемлемым. Чиновники демонстративно строят дворцы, покупают часы и яхты, так что всем понятно – они это украли. Но с ними продолжают здороваться, в целом хорошо относиться, их воровство не вызывает значительной негативной реакции общества.

Пытаться аккуратно посчитать все издержки присоединения Крыма – это как Медведеву, Пескову, Тимченко или Ротенбергу пытаться объяснять экономику преступления и наказания (https://www.nber.org/chapters/c3625.pdf). Вы, пожалуйста, не воруйте, потому что в будущем, когда придут новые власти, они все это будут расследовать, и у вас есть вероятность потерять все, даже свободу. Намного эффективнее понижать полезность от потребления наворованного здесь и сейчас. Чиновник должен чувствовать неприятие общества уже сегодня. Это должно стать социально неприемлемым.

В случае с Крымом также основные усилия должны быть направлены на объяснение того, что воровать - это вообще плохо, чтобы мы как страна не испытывали положительных эмоций от наворованного. Нужно объяснять, что положительные эмоции нужно испытывать от другого – когда страна развивается, дети хорошие и здоровые растут, чиновники честные и порядочные и т.д. И даже если удалось украсть что-то большое и дорогое, то твои негативные эмоции (от угрызений совести) должны превышать положительные эмоции от обладания этим большим и дорогим.

Почему в России нет нормальных дорог?



Если отвечать на этот вопрос коротко -  потому что на строительстве обычных дорог невозможно много украсть, как ни удивительно. Вы скажете: мы знаем, что у нас воруют везде и на всем, на дорогах украсть вообще святое дело. Как это мешает строительству?

Предположим, что вы - приближенный к Путину олигарх, и хотите украсть миллиард долларов. Или даже еще лучше, вы - особо приближенный к Путину олигарх, и хотите украсть 5 млрд долларов. Сколько дорог нужно построить, чтобы украсть столько денег?

Давайте посчитаем. Возьмем стоимость километра дорог в Канаде, чтобы сразу отмести аргументы, что у нас климат холодный и условия тяжелые (https://novascotia.ca/tran/highways/faq.asp ). Если перевести на американские доллары (1 канадский доллар равен 0.77 американских), то стоимость двухполосной магистрали - 2.3 млн долларов, а стоимость четырехполосного автобана (две полосы в каждую сторону) - 4.6 млн долларов. Речь идет об обычной дороге, без гор и других особенностей ландшафта, какова и есть бóльшая часть территории Канады или России. Давайте не будем мелочиться, и будем строить сразу  четырехполосные автобаны. Предположим, что заказчик собирается украсть на стройке 20%. На строительстве стандартных дорог больше украсть сложно, ведь асфальт, щебень, песок – это стандартный, практически биржевой товар, его стоимость легко проверяется. В укладке стандартных дорог нет ничего сложного. Есть много фирм, которые могут это сделать и поучаствовать в конкурсе. То есть если превышение сметы будет больше, чем на 20% справедливой цены, это будет явно бросаться в глаза. Недовольные подрядчики, которые проиграли конкурсы, могут начать судится. Всякие фонды по борьбе с коррупцией смогут сравнить стоимость закупки щебня с рыночными ценами, и потом Навальный будет изливать желчь на подрядчика, который покупает песок по цене золотого песка и т.п. На рынке, где все просто и прозрачно, украсть больше 20% от сметы сложно.

Если подрядчик хочет украсть 20%, то стоимость четыреполосного автобана будет 5.8 млн долларов за км, из них 1.2 млн долларов подрядчик украдет. Сколько нужно построить дорог, чтобы украсть 5 млрд долларов? Нужно построить 4,167 км автобанов. Тогда общая смета стройки (включая 20% воровства) составит 24.16 млрд долларов. На эти деньги можно построить скоростную автомагистраль Москва – Екатеринбург (1,700 км), которая пройдет через Владимир, Нижний Новгород, Чебоксары, Казань, и Набережные Челны. Можно построить  четырехполосный автобан Москва – Сочи (1,600 км), который пройдет через Воронеж, Ростов-на-Дону и Краснодар. Наконец, можно построить магистраль Москва – Санкт-Петербург (700 км), которая пройдет через Тверь и Великий Новгород, и еще даже 167 км останется.

Здесь перед особо приближенными встает серьезная проблема – чтобы украсть 5 млрд долларов, нужно в самом деле кучу всего построить. Это растянется на 5-10 лет, потребуется искать множество субподрядчиков, контролировать их работу и т.д.

Как это ни парадоксально, строительство обычных дорог на равнинном ландшафте – очень муторный способ украсть деньги, особенно если цель - украсть много денег.
Намного проще взять какой-нибудь уникальный проект, например, в горах. Там нужно строить кучу мостов, тоннелей и прочих сложных конструкций. Конкуренции на рынке подобных работ фактически нет (Россия - не горная страна). Тогда можно с потолка взять любую смету, украсть половину, а на все вопросы о стоимости говорить: «Это уникальный проект, и аналогов в мире не существует» (см., к примеру, объяснение Якунина по поводу астрономической стоимости дороги Сочи – Красная Поляна: «По масштабам, сложности и темпам строительства аналогов нашему проекту в мире нет» https://www.kp.ru/daily/26107.1/3003396/).

Например, краснодарские чиновники предлагают реконструировать дорогу Джубга – Сочи за 1.6 трлн руб. (https://www.yuga.ru/news/432512/). Это 25.4 млрд долларов по текущему курсу. Длина дороги 119 км. Стоимость строительства одного километра - 213 млн долларов. На таких проектах можно смело воровать сразу половину сметы, а на строительство относительно небольшого участка можно без проблем найти подрядчиков. И половина сметы (107 млн долларов за км) - это огромные деньги, даже принимая во внимание сложность строительства.

Лоббистам намного выгоднее выбить смету 25 млрд долларов на строительство «уникальной» дороги длиной 119 км, чем построить на эти же деньги 4,200 км четырехполосных магистралей  на европейской территории России. При этом очевидно, что для экономики России намного выгоднее, если бы эти средства пошли на второе.

Именно этот мотив - украсть много и без сложных схем - лежит в выборе проектов, реализуемых в России. Потом «уникальные и без аналогов в мире» объекты используются неэффективно и не отбивают даже десятой доли средств, потраченных на их строительство. Всего несколько примеров.: Дорога Адлер-Красная Поляна (48 км) – 9.4 млрд долларов. На эти деньги можно было бы построить 2,000 км скоростных магистралей без учета воровства и 1,600 км при условии 20% воровства. Мост на остров Русский – стоимость 1 млрд долларов. Можно было бы построить 217 км магистралей (172 км с воровством). Смета моста на Сахалин –8.6 млрд долларов, эквивалент 1,870 км скоростных магистралей (1,480 км с воровством).

Мы видим, что в принципе в бюджете есть достаточно денег, чтобы покрыть всю европейскую часть России скоростными автобанами. Масштабное строительство дорог могло бы подстегнуть развитие экономики и значительно улучшить жизнь людей. Но, к сожалению, в ближайшем будущем реализации подобных проектов ждать не стоит. Приближенным к Путину олигархам намного проще украсть средства в проектах со сметами 200 млн долларов за км, чем в проектах со сметами 6 млн долларов за км. Поэтому мы и в дальнейшем будем наблюдать, что основные инвестиции в инфраструктуру проходят по статье «уникальные проекты, нет аналогов в мире»

Оригинал: https://thequestion.ru/questions/418775/pochemu-v-rossii-net-normalnykh-dorog#answer597727-anchor



Не ругайте актрису, она играет, что ей скажут



Вчера и сегодня на Ксению Собчак обрушился вал ожесточенной критики. Безусловно, ее поступок весьма сомнительный с моральной точки зрения (вот мой комментарий «Ведомостям» по этому поводу https://www.vedomosti.ru/opinion/columns/2017/10/19/738545-pochemu-ne-nuzhno-vosprinimat-kseniyu-sobchak-vserez). Однако роль и значимость Собчак в этой истории сильно преувеличена. Ее настойчиво пытаются обвинить том, к чему она имеет весьма косвенное отношение.

Представьте, вам очень не понравился какой-то фильм и вы весь свой гнев направили на актрису, которая там играла. Причем даже не на актрису первого плана, а на второстепенную актрису одного из эпизодов. Безусловно, любая актриса должна думать, в каком фильме ей стоит или не стоит сниматься. Но представьте, что эта актриса оказалась более высоких моральных принципов и отказалось бы сниматься в откровенной чернухе. Что бы произошло? Режиссер посыпал бы голову пеплом и отказался от съемок фильма? Нет, скорее всего, он бы нашел другую актрису. Сколько вам известно случаев, когда режиссер отказался снимать фильм, когда тот или иной актер отклонил предложение в нем участвовать? Так и в этом случае. В Кремле поняли, что популярность Навального растет слишком быстро.  Допускать его до выборов никак не хочется. Для отвлечения внимания нужен либерально-демократический спойлер. На эту роль наняли Ксению Собчак. В конце концов, Кремлю удавалось успешно рекрутировать для участия в своей пьесе довольно много людей, которые считаются относительно приличными: Греф, Дворкович, Кудрин, Кузьминов, Набиуллина, Орешкин, Прохоров, Чичваркин, ныне подследственные Белых и Улюкаев, а также многие другие. Чем Собчак хуже или лучше людей из этого списка? Когда нужно назначить нового губернатора, министра или любого чиновника, всегда найдется много желающих выполнить эту роль.

Если бы Собчак отказалась, то нам бы выдали другого либерально-демократического кандидата. Возможно, Кремлю пришлось бы заплатить этому другому актеру подороже, чем та компенсация, на которую согласилась Собчак, но суть бы от этого не поменялась: обществу бы выдали кандидата для протестного голосования.  Если роль уже прописана в сценарии,  то найти на  нее актера - дело техники. Качество актера зависит от выделенного на эти цели бюджета.

И здесь вопрос, скорее, не к Ксении Собчак, а ко всем нам. Сколько еще мы готовы покупаться на одни и те же разводки всем уже надоевшего режиссера? Если общество отреагирует так, как планируют в Кремле, а именно, переключит свое внимание с базового права – доступа настоящих кандидатов на выборы, то значит, фокус удался. Если же общество четко выскажет свою позицию, что Собчак по сути такой же кандидат, как Явлинский, Жириновский и Зюганов и все они - участники старомладой массовки для легитимизации избрания Путина, и будет требовать совсем других, настоящих выборов, то и Кремль перестанет играть в эти глупые игры.

Письма поклонников…

Дмитрий Орешкин написал мне еще одно письмо (http://echo.msk.ru/blog/oreshkin/1848486-echo/). Отвечать по сути смысла не вижу, так как никаких новых аргументов по сравнению со своим предыдущим письмом он не приводит. Просто Орешкин зачем-то еще раз решил продемонстрировать, что с успехом освоил программу математики 5-го класса. И он считается одним из ведущих российских политологов. Внизу текст его письма:

Профессор Миронов неподражаем. Ему прямым текстом сказали, чтобы не встревал во взрослые разговоры, коли не понимает разницы между натуральным числом и процентом. А он в ответ жизнерадостно сообщает: «Вы правы, нужно было аккуратней формулировать свои мысли». Помилуйте, ему никто не предлагал формулировать. Ему предлагали очистить помещение и где-нибудь вдалеке заняться изучением простых дробей. Рекомендация тем более актуальная, что в своих оправдательных текстах он опять демонстрирует тот же  утомительный дефект.
Взявшись аккуратнее формулировать, проф. Миронов сравнивает данные по Москве 2011-2016 и победно умозаключает: «Как я показал, число голосовавших за ЕР в Москве выросло».
Он показал!! Хорошо, еще раз проявим христианское терпение. По данным ЦИК РФ, в 2011г. за ЕР отдали голоса 2.05 млн. москвичей из 4.4 млн. голосовавших. Итого 46.6%. Что, конечно, рутинное чуровское вранье. В 2016 г. по данным ЦИК РФ  в Москве за ЕР проголосовали 0.99 млн. Что значительно ближе к  действительности. Итого (ежели по официальным данным), число голосовавших за ЕР в Москве не выросло, а упало. Более чем вдвое: округленно 1 млн. вместо 2.05 млн.
Однако профессор у нас сильно просвещенный и официальным чуровским данным не верит. Что правильно. Недоверие он обосновывает тем, что «детально занимался анализом фальсификаций на прошлых выборах в Москве». А вот это уже неправильно. Никаким анализом он не занимался и поймать его на этом глуповатом вранье — раз плюнуть.
По двум его же оценкам из недавних постов на «Эхе», очищенный от фальсификата московский результат ЕР в 2011 г. составлял 33.6 — 35.1% в одном случае и 32.7-35.1% в другом. Не касаемся вопроса о том, почему у  детально занимавшегося анализом профессора не сложилось четкого мнения о нижней границе сегмента. Бог с ним, это мелочи. Берем из его текстов самую выигрышную для него оценку реального результата ЕР в Москве-2011: 32.7%. И его же «очищенную» оценку тогдашней явки: 55%.
В 2011 г. в городе имелось 7.2 млн. избирателей. Явка в 55% означает, что реально голосовали 3.96 млн. 32.7% от этого числа составляют 1.3 млн. чел.
Теперь четыре вопроса к пациенту. Нет, лучше три. Какое число все-таки больше: 1.3 млн. за ЕР в 2011 г. или 1 млн. в 2016? Какова цена «детального профессорского анализа», если он не врубается в элементарное сопоставление своих собственных базовых данных? Кто и зачем возьмется обсуждать с этим феерическим персонажем довольно тонкую тему оценки электорального фальсификата?
Вопрос о том, что же этакое он «показал» уважаемой эховской публике, оставляем в стороне из цензурных соображений.

Совершенно неинтересно, как он будет выкручиваться на этот раз. Бедняге никогда не удастся «аккуратно сформулировать» свою главную мысль про рост числа голосовавших за ЕР москвичей по той простой причине, что роста не было. Было довольно выраженное падение. Тут как ни формулируй, аккуратней, чем министр Лавров, не сформулируешь: «Дебилы, б…!»
Жаль, но  других троллей у руководства страны для нас опять нет. Видимо, придется иметь дело с этими. Поэтому хочу заранее предупредить: «Народный избирком» понемногу приступает к публикации независимых данных и оценок по прошедшим выборам. Будем рады конструктивному обсуждению и  профессиональной критике. Но троллей придется фильтровать, а если все-таки подвернутся под руку — посыпать дустом. Не взыщите, времени на перевоспитание совсем нет.
Из лучших чувств заранее обращаюсь к профессору Миронову: займитесь, наконец, изучением дробей. И, больше на «Эхе», пожалуйста, не халтурьте. Сокращенно — ПНХ.

Гаусс бы такого не одобрил

На прошлых выборах российские политические аналитики выучили слово «Гаусс». Надеюсь, что после этих выборов они выучат еще одно слово - «эндогенность». Весь анализ фальсификаций российских выборов построен на предположении, что участки, на которых происходили фальсификации, принципиально не отличаются от участков, где фальсификаций не было. Поэтому, если мы вычтем «аномальные» голоса на участках с фальсификациями, то мы можем оценить и честную явку, и честные голоса по каждой партии. Однако если у нас есть основания полагать, что фальсификации происходят на участках определенного типа, которые отличаются от остальных участков, то подобный метод оценки уже ведет к смещенным оценкам, которые не стремятся к своим истинным значениям даже при большом количестве наблюдений. Эта проблема в эконометрике известна как эндогенность.

В первой части этой статьи я обсужу, какие предпосылки используемых оценочных моделей могут нарушаться. Во второй я покажу, что данные нарушения могут привести к завышенным оценкам фальсификаций. В третьей части я расскажу, какие методы можно использовать, чтобы получить корректные оценки. Так как качество электоральной статистики в России за последние 10-15 лет очень сомнительно, я буду часто ссылаться на опыт США. Эту страну я выбрал по нескольким причинам. Во-первых, она больше всего похоже на Россию – президентская республика, федерация из 50 регионов, большой разброс в доходах между штатами, 6 часовых поясов. Во-вторых, я неплохо знаком с этой страной – прожил там несколько лет и объездил вдоль и поперек (посетил порядка 40 штатов).

Анализ предпосылок

Предпосылка об однородности предпочтений честно сформулирована Сергеем Шпилькиным в интервью Новой Газете: «Российское общество весьма однородно: оно находится в однородном информационном поле, созданном телевизором, и мало различается по воспитанию и образованию … Исключение — условный «московский образованный класс» — это довольно узкая прослойка, которая в разной степени представлена в Москве, Санкт-Петербурге и некоторых других городах». (http://www.novayagazeta.ru/politics/74630.html). Из нее следует, что распределение голосов по УИКам должно быть похоже на нормальное распределение (или распределение Гаусса). Насколько это предположение состоятельно? Обратимся к опыту США:

красные штаты поддерживают Трампа, синие – Клинтон, серые – колеблются. Как видно, западное побережье и север восточного – за Клинтон, центральные штаты в основной своей массе за Трампа, причем разница в поддержке довольно значительна. К примеру, в Калифорнии рейтинг Трампа сейчас 32%, Клинтон - 51.3%, а в Арканзасе (откуда родом муж Клинтон, и где он был губернатором) – рейтинг Трампа 56%, а Клинтон - 31.5%. Можем ли мы ожидать подобного разброса предпочтений внутри России? Разница по ВРП на душу населения между самым богатым субъектом США округом Колумбия (по сути это Вашингтон с пригородами) и самым бедным – штатом Миссисипи - составляет примерно 5 раз. Если убрать очевидный выброс - округ Колумбия, то разница Миссисипи с самым богатым штатом (Делавер) сократится до 3-х раз.  В России разница между самым богатым субъектом, Ненецким Автономным округом, и самым бедным – городом Севастополь, составляет почти 100 раз (данные за 2014 г.). Если мы даже уберем самые богатые (НАО, ЯНАО, ХМАО, Сахалинскую область, Чукотский АО, Москва) и самые бедные (Кабардино-Балкария, Ингушетия, Чечня, Крым, Севастополь) регионы, то разница между Якутией и Ивановской областью по ВРП на душу населения составит около 5 раз. Итого, разброс доходов внутри России между субъектами существенно больше, чем в США, поэтому мы можем также ожидать существенных различий в политических предпочтениях. Я не хочу вступать в дискуссию по поводу разницы цен, она, безусловно, несколько сглаживает различия. Однако в США также жизнь в богатых субъектах (Калифорния, Нью-Йорк, Вашингтон) существенно дороже, чем жизнь в Оклахоме, Арканзасе или Миссисипи.

Можно ли предсказать, какие субъекты будут больше поддерживать Путина и ЕР? Обратимся опять же к опыту США. Трампа многие сравнивают с Путиным. Он публично назвал Путина своим кумиром. Russia Today, особо не стесняясь, топит за Трампа. Он позволяет себе неполиткорректные шутки. Избиратели Трампа – red necks (аналог «ватники» на местном жаргоне). Про его сторонников снимают смешные ролики, которые показывают их интеллектуальный уровень (например https://youtu.be/eFQhw3VVToQ?t=215). Богатые штаты (Округ Колумбия, Нью-Йорк, Делавер, Массачусетс, Коннектитут,Нью-Джерси, Орегон, Вашингтон, Калифорния) поддерживают Клинтон. Бедные штаты (Арканзас, Миссисипи, Оклахома, Кентуки, Западная Вирджиния, Теннеси, Южная Каролина, Айдахо) – Трампа. Есть исключения из этого правила - Аляска, Техас, Нью-Мексико, и некоторые другие штаты, однако отрицательная корреляция между доходом и поддержкой Трампа ярко выражена. Поэтому мы вполне можем ожидать, что бедные субъекты будут оказывать куда большую поддержку Путину (как российскому аналогу Трампа), чем богатые. Иными словами, даже без всяких фальсификаций, поддержка ЕР на Северном Кавказе вполне может быть в два раза выше, чем в Москве (рейтинг Трампа между Арканзасом и Калифорнией отличается в 1.8 раз).
Но, может, несмотря на значительные различия среди штатов, внутри российских регионов таких различий нет? К примеру, российский политолог Дмитрий Орешкин, считает, что между избирателями Алтайского края, Новосибирской, Томской, Кемеровской областей и Хакасии нет особой разницы (http://echo.msk.ru/blog/oreshkin/1842936-echo/) К своему стыду, по России я путешествовал намного меньше, чем США, но в Новосибирске прожил большую часть своей жизни. По делам своего бизнеса часто ездил на Алтай. В Кузбассе тоже несколько раз приходилось бывать. Могу сказать, что между поведением избирателей Кемеровской и Новосибирской областей – принципиальное отличие. В 1995 г. на выборах губернатора в Новосибирской обрасти, Индинок набрал 22.8%, Муха – 18.1% и был второй тур. В 1997 г. Аман Тулеев на выборах губернатора Кемеровской области набрал 94.5%. Причем все мои знакомые из Кемерово или Новокузнецка, с которыми я общался, говорили, что они голосовали за Тулеева, то есть даже если фальсификации были, все равно поддержка Тулеева в Кузбассе была очень высока, хотя в Новосибирской области тогда шла жесткая борьба между различными политиками. Алтайский край был скорее ближе к Новосибирской области. В 1996 г. Суриков набрал 46.9%, Коршунов - 43.4%. Выборы президента 1996 тоже разделили Россию. Бедные и депрессивные регионы в основной своей массе поддержали Зюганова, богатые – Ельцина:

Поэтому и из опыта США, и из голосования 90-х (когда выборы были относительно свободными), следует, что предпосылка об однородности электоральных предпочтений, скорее всего, не состоятельна.

Вторая важная предпосылка, на которую опираются аналитики, это некоррелированность между явкой и голосами за Единую Россию. Известный график, на который все ссылаются, построен фактически из предположения, что все излишние голоса, обнаруженные на участках с аномальной явкой, являются приписками:


{C}

Насколько предположение, что поддержка ЕР и явка некоррелирована, корректно? Предположим, что против ЕР голосует молодежь, а за ЕР – люди более старшего возраста. Данные показывают, что явка среди людей до 30 лет существенно ниже, чем явка среди тех, кто старше 50. Предположим, у нас есть два участка. На одном большинство молодежь, на другом, большинство тех, кому за 50. Где будет больше явка? Там, где больше представителей старшего поколения. Где будет больше голосов (в процентах) за ЕР? Тоже на участках, где больше живет тех, кому за 50. Я взял пример с возрастом как условный. Если мы вообще предположим, что избиратель ЕР более дисциплинирован (то есть среди них явка больше), то мы получим положительную корреляцию между явкой и процентом голосования за ЕР. Помимо возраста, это может быть много других характеристик. Например, считается, что сельские жители больше склонны участвовать в выборах (для них это более весомое событие в жизни, чем для жителей крупных городов). Они также являются более консервативными и у них помимо телевизора меньше доступ к альтернативным источникам информации (независимые СМИ, интернет). Поэтому они менее склонны поддерживать оппозицию, чем жители крупных городов. Итого, получаем положительную корреляцию между голосами за ЕР и явкой. Положительная корреляция может наблюдаться и благодаря «специфическим участкам». Представьте, у вас есть участок, где проголосовало близко к 100%. Какие это могут быть участки? Скорей всего, где голосуют люди подневольные – например, войсковая часть, курсанты, еще какое-нибудь заведение подобного типа. Какой процент за ЕР мы ожидаем на таких участках? Вполне реально наблюдать голоса за ЕР 90% и выше, причем без всяких вбросов. Просто Родина сказала «надо», комсомол ответил «есть». Насколько гипотеза о положительной корреляции голосовании за ЕР и явке подтверждается эмпирически? Так как достоверных данных за последние 15 лет не существует, мы опять же вынуждены обратиться к данным в 90-ые годы. Большинство «особенных» регионов, которые сейчас показывают аномально высокие результаты за ЕР, в 90-ые показывали относительно высокую явку. К примеру, Мордовия 1998 г (здесь и далее выборы главы субъекта) – явка 75.6%. Ингушетия 1998 – 64.4%, Башкортостан 1998 – 78.8%, Тыва 1997 – 70.9%, Татарстан 1996 – 77.8%, тогда как подавляющее большинство других регионов показывали явку от 30% до 60%. Итак, исторические эмпирические данные позволяют заключить, что гипотеза о положительной корреляции за ЕР и явкой имеет право на существование.

Третья предпосылка, на которую опираются в подсчете фальсификаций, это что основной метод фальсификаций – это вброс, то есть все остальные партии страдают одинаково. Исходя из этой предпосылки, получается следующий пересчет голосов по партиям (http://podmoskovnik.livejournal.com/175574.html):

                          Официальный   Реальный

КПРФ                                13.42%          17.56%

ЛДПР                               13.24%          17.32%

СпРос                                 6.18%            8.09%

Яблоко                               1.94%            2.54%

Парнас                               0.72%            0.94%

Коммунисты России         2.31%            3.02%

Если фальсификации были путем вбросов, или перерисовка протоколов в пользу ЕР имела случайный характер (или как вариант перекладывание бюллетеней из пачки в пачки), то есть когда-то больше отняли у Парнас, когда-то у КПРФ и т.д., то подобный метод использовать можно – оценка будет состоятельна. Однако есть серьезные основания полагать, что это может быть не совсем верно. К примеру, Petrachkova(2016) на основании эксперимента Enikolopov et al. (2013) проведенного во время выборов в Госдуму 2011 г., показала, что у Яблока отняли 30% голосов, у СР 21% голосов, у ЛДПР 20% у Коммунистов 16%, то есть у Яблока отняли почти в 2 раза больше голосов, чем у коммунистов и в 1.5 раза больше, чем у СР и ЛДПР. Почему у Яблока отняли существенно больше голосов? Возможно, с точки зрения минимизации скандалов, проще отнимать голоса у партий, у которых нет шансов пройти в Госдуму. Я не знаю, как дела обстоят по всей России, но как минимум в Москве предпосылка, что все оппозиционные партии страдают одинаково не работала. Если мы предположим, что на этих выборах у Яблока тоже отняли голосов в 2 раза больше, чем у остальных (как в Москве в 2011 г.), то Яблоко вполне могло преодолеть 3% барьер.

Единственное наблюдение, которое не допускает двойного толкования, это всплески на определенных цифрах. К примеру, всплеск на 62.2% в Саратовской области – это очевидно фальсификация. Зазубрины на других цифрах тоже. Однако наличие зазубрин не дает достаточных данных, чтобы оценить размер фальсификаций. Это может быть с 50% до 62%, с 40% до 62% или даже с 30% до 62%.

Как нарушения предпосылок изменяют оценку нарушений?

Предположим, что у нас есть два типа регионов – слабо поддерживающие ЕР (условно назовем их богатые) и сильно поддерживающие ЕР (назовем их бедными). В богатых регионах ЕР поддерживают 30%-40% населения, в бедных 60%-70% (разброс поддержки Трампа в штатах позволяет предположить, что разница в 30% между российскими регионами вполне вероятна). Тогда, если мы построим распределение голосов по участкам на гистограмме, то будет два горба – один горб побольше в районе 35% и один поменьше, в районе 65% (35% горб будет побольше, потому что все-таки богатых регионов у нас больше, только Москва и Петербург по населению с лихвой покрывают все бедные «особые» регионы). То есть даже в отсутствии фальсификаций при неоднородных предпочтениях возможно два горба, и горб в 65% ни в коем случае не свидетельствует о наличии фальсификаций. Если у вас есть три типа регионов – бедные, богатые и средние, то будет три горба, и опять же, не потому что, были какие-то фальсификации.

Теперь рассмотрим вариант с фальсификациями. Представьте, что вы хитроумный единороссовский политтехнолог и хотите осуществить вброс. В каких регионах вы предпочтете докидывать голоса, в регионах со слабой поддержкой, или с сильной поддержкой? То, что происходит, когда докидывают голоса в регионе со слабой поддержкой, мы все наблюдали 5 лет назад. Москвичам не понравилось. Поэтому рациональный политтехнолог добросит голоса скорее в регионах с сильной поддержкой, условно говоря, вместо 65% нарисует 95%, а не будет испытывать терпение тех, где ЕР набирает всего треть голосов.

Тогда мы смотрим на график и видим два горба – один на 35%, другой на 95%. Очевидно, что 95% - это фальсификат. Получение честно таких результатов нереально, даже в российских условиях. Тогда аналитик смотрит, сколько голосов получила ЕР на участках без фальсификата – это 35% (ведь пика 65% никто не видит, потому что путем вбросов его сместили в сторону 95%). И он делает вывод, что разница между официальной и реальной поддержкой ЕР составляет 60% (95%-35%). На самом деле, эта разница 30%, но ее померить никак невозможно, потому что «горб» в 65% пропадает - именно в этой области происходят активные вбросы.

Если явка и голоса за ЕР вдобавок положительно коррелируют, то проблема усугубляется. Предположим, у нас есть два участка, к каждому приписано по 1000 избирателей. На первом участке явка 30% и процент поддержки 35%, на втором участке явка 50% и процент за ЕР 65% (остальные голоса отданы другим партиям)

Итого.       Первый участок – пришло 300 человек, 105 проголосовало за ЕР

        Второй участок – пришло 500 человек, 325 проголосовало за ЕР.

Предположим, что едросовский политтехнолог решил вбросить 400 голосов за ЕР на втором участке. Тогда на этом участке будет 900 проголосовавших, 725 за ЕР, явка 90% из них 80.5% за ЕР. Исследователь не знает, сколько на самом деле проголосовало на втором участке. Он видит, что на честном участке была явка 30% и 35% за ЕР, там, где очевидно были фальсификации – явка 90% из них 80.5% за ЕР. Теперь предположим, что исследователь делает предположение, что предпочтения избирателей однородные, то есть истинный процент голосов за ЕР на второй участке должен быть такой же, как на первом. Тогда, на втором участке должно было быть вброшено 630 голосов за ЕР. Общее количество проголосовавших 270 (900-630), и количество голосов за ЕР - 95 (725-630). Тогда мы получаем «очищенную» явку в 27% (что не сильно отличается от 30%), и такой же процент голосов за ЕР – 35%. Итак, если мы предположим, что предпочтения однородны, мы получим оценку вброса за ЕР в 630 голосов, тогда как истинный вброс был 400, то есть наша оценка фальсификаций общего числа голосов завышена в 1.6 раз. «По-честному» явка была завышена на 40% (90%-50%), а анализ выдает на 63% (90%-27%), уровень фальсификаций в пользу ЕР был 15.5% (80.5%-65%), а анализ выдал 45.5% (80.5%-35%).

Я ни в коем случае не ставлю под сомнение наличие фальсификаций. Они, безусловно, были. Однако если мы допустим, что предпочтения избирателей неоднородны и/или есть корреляция между голосами за ЕР и явкой, то с большой вероятностью мы получим завышенные оценки фальсификаций.

Как получить состоятельные оценки?

Существует три основных метода, которые позволяют исправить описанные мной проблемы: метод инструментальных переменных, натуральный эксперимент и эксперимент.

Я не вижу, как применить инструментальные переменные к данной задаче, поэтому не буду вдаваться в детальное описание этого метода. Что такое натуральный эксперимент было наглядно продемонстрировано британским корреспондентом Reuters (см. описание этого кейса, например, здесь http://kireev.livejournal.com/1303660.html). В результате натурального эксперимента можно сравнить результаты голосования на участке, куда случайно забрел наблюдатель, с другими участками, и сделать вывод о фальсификации. Однако достаточного количества заблудившихся корреспондентов на всю Россию не напасешься. Поэтому, чтобы систематически измерить размер фальсификаций, нужно проводить эксперимент.

Enikolopov et al (2013) описывают подобный эксперимент, когда они случайным образом расставили наблюдателей на УИКах во время выборов в Госдуму 2011 г. В общей сложности наблюдатели были расставлены примерно на 5% участков. Они показали, что на участках, где были наблюдатели и не было нарушений, было однопиковое распределение голосов за ЕР. Однако там, где не было наблюдателей, есть ярко выраженный второй горб в голосах за ЕР. Они оценили, что ЕР в Москве приписали 11.5% голосов.

Желательно подобный эксперимент повторить для всей России. Следующие федеральные выборы будут уже через полтора года (если президентские выборы, конечно, не перенесут на 2017 г.). Для измерения общего уровня фальсификаций по России достаточно взять 50 крупнейших субъектов (где проживает 87% населения). Чтобы оценить уровень фальсификаций на уровне субъекта федерации, достаточно в каждый субъект направить в среднем 20 наблюдателей, итого 1000 человек. Если в каждый субъект в среднем направить по 60 наблюдателей (3000 всего), то можно оценить уровень фальсификаций внутри каждого субъекта – по разным районам. Важно наблюдателей расставить случайным образом, согласно определенным правилам, чтобы никто (включая наблюдателей) до последнего момента не знал, где они будут стоять. Бюджет такого проекта можно оценить от 150 тыс. долларов (20 наблюдателей на субъект) до 400 тыс. долларов (60 наблюдателей на субъект). В России уже есть достаточное число натренированных наблюдателей и бюджеты подобного порядка тоже вполне подъемные для гражданского общества.

Почему это важно? Чтобы после будущих выборов была какая-то объективная картина, каков уровень настоящей поддержки властей, каков уровень настоящей явки, фальсификаций, голосования за оппозиционные партии, и т.д. Для чего это нужно? Для планирования будущих кампаний. У оппозиции ресурсы очень ограничены, и тратить их имеет смысл только там, где уровень поддержки властей относительно невысок. Я уверен, что если бы у оппозиции была объективная электоральная статистика, то они бы не сунулись в Кострому и не потерпели бы сокрушительного поражения. Если продолжать следовать парадигме «у нас все голоса украли, на самом деле нас население любит, нужно только организовать наблюдение», подобные унизительные поражения будут продолжаться вновь и вновь. Чтобы победить ЕР на ее поле, нужно сначала понять какова конфигурация «ее поля». А для этого нужно понимание объективной электоральной поддержки.

Этот пост ни в коем случае не ставит целью принизить заслуги Сергея Шпилькина и других ученых, которые работают над этой проблемой. На самом деле это их большая заслуга, что данные цифры, графики и концепты нашли путь к широкой общественности. Это, скорее, приглашение к диалогу. Возможно, у Сергея Шпилькина, Александра Киреева и других ученых есть идеи, как решить обозначенные мной проблемы (или доказать, что их не существует). Хотелось бы, чтобы диалог о фальсификациях и реальной поддержке ЕР направился в конструктивное русло, а не ограничивался эмоциональными постами «наш избиратель не пришел», «поддержка ЕР повсеместно падает», «скоро грянет буря», и т.д.


Ссылки

Enikolopov R., Korovkin V., Petrova M., Sonin K., Zakharov A., 2013, Field experiment estimate of electoral fraud in Russian parliamentary elections, Proceedings of the National Academy of Sciences, 110(2), pp.448-452

Petrachkova A., 2016, Where observers are more effective? Evidence from Russia. Working paper




Мифы либеральных пропагандистов





Сразу после выборов в медийное пространство хлынул поток стонущих колумнистов, в материалах которых было много чего написано, за исключением объективного анализа. Мне не очень хотелось разбирать их заблуждения – многие действительно сильно расстроились по поводу итогов голосования, и зачем лишний раз бередить их раны. Однако сегодня политолог Дмитрий Орешкин (http://echo.msk.ru/blog/oreshkin/1842936-echo/), решил еще раз повторить многие из этих мифов, и, видимо, адресовав свою колонку мне, хочет получить какой-то ответ. Отвечаю по пунктам.


  1. Если бы Дмитрий открыл мой блог, и посмотрел на мои ответы читателям, то он бы сэкономил полчаса своего времени, объясняя как одно число разделить на другое http://mmironov.livejournal.com/12209.html?thread=286897#t286897 Действительно, явка снизилась, поэтому абсолютное число голосов упало. Однако количество голосов других партий упало еще больше, итого количество голосов ЕР относительно голосов других партий возросло (если одна величина упала на 10%, вторая упала на 30%, то первая величина относительно второй выросла). Именно в этом и был смысл моего блога, что поддержка ЕР относительно других партий выросла и я разбираю причины. Но вы правы, нужно было аккуратней формулировать свои мысли – это была самая распространенная критика (поэтому я этот пункт несколько раз разъяснил в комментариях).



  1. Уровень фальсификаций. Мне не известен уровень фальсификаций по России, поэтому я и объяснил, что согласно оценкам экспертов их уровень не был больше. Они, безусловно, были, однако не существует каких-то относительно точных оценок их размера. Я понимаю, что все за последние 5 лет стали экспертами по Гауссу и прочим статистическим штучкам, однако эти знания на уровне информированных дилетантов – слышали звон, но не очень понимают его природу. Центральная предельная теорема требует, чтобы случайные величины были одинаковы распределены, тогда их среднее (результаты по УИКам, которые есть среднее по отдельным величинам) будут стремиться к нормальному распределению. Однако предположим, что у вас разные предпочтения по регионам. К примеру, в Москве за яблоко голосует 10%, в регионах 1%, тогда у вас на графике распределения голосов Яблоко будет два колокола – один в районе 1%, другой 10%. Точно также касательно Единой России, если есть регионы, которые условно любят ЕР, и которые не любят («регион» - понятие абстрактное, это даже могут быть районы внутри одного города), то у вас будет два пика, без всяких фальсификаций. Точно также положительная корреляция между явкой и голосами за ЕР сама по себе не свидетельствует о наличии фальсификаций – это может быть артефактом того, что избиратель ЕР более дисциплинирован. К примеру, предположим, что за ЕР голосуют бабушки, а за Яблоко – прогрессивная молодежь. Бабушки более дисциплинированы, и вероятность того, что бабушка придет голосовать в два раза больше, чем хипстер. Тогда на избирательных участках, где доля бабушек в населении больше, будет выше явка, и выше голоса за Единую Россию, чем в среднем по выборке. То есть будет положительная корреляция между явкой и голосами за ЕР и без всяких фальсификаций. Единственный факт, который не допускает разумных альтернативных объяснений – это зазубрины на каких-то определенных числах (в этот раз это 62.2%). Однако зазубрины не позволяют сказать, насколько была фальсифицирован результат, с 60 до 62 или с 40 до 62. Я ни в коем случае не хочу сказать, что фальсификаций не было. Они, очевидно, были, просто сказать, что Единая Россия набрала 40%, а не 54% невозможно. Те оценки, на которые вы ссылаетесь – некорректны. В любом серьезном научном журнале такие бы оценки завернули как недостоверные.




  1. Несмотря на то, что достоверных оценок фальсификаций по России не существует, оценки по Москве есть. Enikolopov, Korovkin, Petrova, Sonin, Zakharov (2013) провели довольно аккуратный анализ фальсификаций на выборах в Госдуму 2011. Они расставили наблюдателей случайным образом по УИКам в Москве, и потом сравнили результаты выборов на участках с наблюдателями и без. Они получили оценку фальсификаций в пользу ЕР в 11.5%. Александра Петрачкова, докторант политологии калифорнийского университета г. Лос Анджелеса  дополнила их эксперимент социодемографическими данными. По каждому УИК она оценила уровень доходов, неравенство доходов, возраст, долю бюджетников среди голосующих, удаленность от станции метро, удаленность от центра города. В простой модели (OLS), когда данные характеристики используются как контрольные переменные, оценка фальсификаций в пользу ЕР получается 11.8%. Если использовать модель Propensity Score Matching, то есть когда каждому участку, на котором был наблюдатель, подбирается максимально похожая на него пара (по доходу, неравенству, расстоянию до метро, расстоянию до центра), и сравниваются результаты внутри таких пар, то оценка фальсификаций получается 13.9%



  1. Именно поэтому я написал, что в Москве поддержка ЕР выросла. В 2011 официальный результат был 46.6%. Если отнять фальсификаций, то получим оценку реального результата от 32.7% до 35.1%. В этот раз результат ЕР по Москве был 37.7% и наблюдатели не зафиксировали серьезных нарушений в подсчете, итого рост реальной поддержки ЕР составил от 2.6% до 5%. Как я уже сказал, каких-то качественных оценок фальсификаций по России просто не существует, однако косвенные признаки (количество выявленных вбросов, роликов, и т.д.) не свидетельствуют о том, что фальсификации на этих выборах были больше, чем на прошлых. Поэтому я думаю, вполне корректно утверждать, что реальный процент голосов, отданных за ЕР вырос (по Москве это можно утверждать практически со 100% вероятностью).



  1. Еще один миф, который активно муссируется  либеральными комментаторами, что «наш избиратель не пришел на выборы»? Откуда вы это взяли? Нет ни одного какого-то факта, который бы это доказывал. Наоборот, все известные факты свидетельствуют скорее об обратном:

- Все рейтинги, включая Левада центр http://www.levada.ru/2016/09/01/gotovnost-golosovat-i-predvybornye-rejtingi/ стабильно показывали Яблоку и Парнас 1% Другие независимые организации, которые занимались исследованием избирательных предпочтений, также не давали им больше 2%. Реальный результат, оказался близок к прогнозируемому, то есть количество сторонников демократических партий, которые пришли на участки, примерно соответствует среднему по выборке опрашиваемых

- Навальный в 2013 при явке 32% получил в среднем по Москве 27.2%, Митрохин 3.5% - итого 30.7%, Максим Кац в 2014 при явке в 21% набрал 23% и еще 10.8%  набрала Морозова (яблоко) итого 33.8%. Гудков (яблоко), при явке 34%, набрал 20.4% голосов. Яблоко на прошлых выборах в ГД, при явке 61.7% (реальная явка была порядка 55%), набрало 12% (8.5% - нарисовали, 3.5% отняли). В этот раз, при явке 35.22%, Яблоко набрало 9.5%, а Парнас 2.3%, в сумме 11.8%. Итого, как следует из исторически данных, нет какой-то определенной связи, что при низкой явке результаты либеральных партий падают. Самые высокие результаты (пара Навальный-Митроин и Кац-Морозова) набрали при низких явках в  32% и 20%. Результаты Яблока в 2011 и Яблока +Парнас 2016 примерно одинаковы (хотя реальная явка упала в 1.5 раза)

- С логической точки зрения у этой теории тоже не все гладко. Мне кажется, что рационального избирателя Едра вообще сейчас очень тяжело привести на участки. Какой тебе интерес тратить время, вставать с дивана, если ты и так знаешь, что твоя партия победит. Наоборот, у демократов каждый голос на счету, и с этой точки зрения мотивировать своих сторонников проще.

Я могу ошибаться, но, на мой взгляд, основная причина падения явки – это перенос выборов на сентябрь. Именно поэтому, многие избиратели, как и ЕР, так и других партий, просто решили провести воскресный день на даче или заняться еще какими-то своими делами. Поэтому, явка на сентябрьских выборах ниже, чем на декабрьских (на конкурентных выборах мэра Москвы явка была еще ниже, чем на этих выборах в ГД, там апатией точно никакой не пахло).

Однако это все нестрогие теории. Факты, приведенные мной, также допускают альтернативные трактовки. Хотелось бы, чтобы те, кто постоянно утверждает, что "наш избиратель остался дома", провели хоть какое-то исследование в подтверждение своих доводов. Я уж не говорю съездить в регионы, хотя бы по Москве провести опросы. На крайний случай, можно провести элементарный анализ корреляций – данные по явкам и голосования на УИКах по различным выборам лежит в открытом доступе.

Вообще все российские политологи, это словоблуды, которые черпают всю информацию о стране из гундосных постов своих друзей в фэйсбуке. Эти настроения они проецируют на настроения всей России. Так как аудитория фэйсбука у них процентов на 99% пересекается, отсюда и получается такие согласованные теории, горячо принимаемые в своей тусовке (которая и является основным потребителем и оценщиком качества подобных аналитических заметок). Мне просто как-то тяжело даже спорить по дальнейшим тезисам с Дмитрием -  в той сфере, где я работаю, совсем другие требования к доказательствам и качеству аргументов, однако попробую. Ведь нам в ближайшие годы предстоит жить не только с ЕР, но и нашими уважаемыми политологами, ведь все равно других политологов у нас для вас нет.

Дмитрий,
основная ваша проблема, что вы выдаете свои гипотезы, за истину в последней инстанции. Возможно, ваши гипотезы верны, но чтобы что-то утверждать, необходимо провести самому исследование (или сослаться на какое-то другое). Приведу несколько примеров:

«Обеспечив ЕдРу процентный рост даже вопреки натуральному снижению поддержки» - вы это проверяли? Вы проводили анализ? На основании каких данных, вы утверждаете, что реальная поддержка упала?

«Опорная зона власти от выборов к выборам отъезжает все глубже на периферию, к электоральным цитаделям Р. Кадырова, А.Тулеева, С.Шойгу» - на основании чего вы делаете такие заключения? Как я показал, число голосовавших за ЕР в Москве выросло, да и недовольства массового какого-то результатами выборов не было. Поэтому можно утверждать, что ЕР укрепило свою поддержку в центре.

«Чем избиратели Кузбасса так уж отличаются от избирателей Алтайского края, Новосибирской, Томской областей или Хакасии? Ничем, кроме наличия А.Тулеева и его команды с их специфическими ухватками.» - вы исследовали этот вопрос? Я большую часть своей жизни прожил в Новосибирске, у меня были клиенты, в том числе на Алтае. Я несколько раз был на Кузбассе. Могу сказать, что новосибирские избиратели от кемеровских довольно сильно отличаются. Тулеев еще в 1997 г. на выборах губернатора набрал 94.5%, когда еще не было ни Путина, ни Чурова. Причем я общался со своими знакомыми оттуда – все, с кем я говорил, голосовали за Тулеева. В Новосибирске тогда была острая политическая конкуренция. К примеру, в 1995 г. Индинок набрал 22.81%, Муха 18.12%. По другим регионам не знаю, я в отличие от вас не политолог, но мне кажется, что между избирателями Новосибирской и Кемеровской областей есть отличие, хоть и небольшое.

«А  регионы «конкурентного кластера» — условно от Новосибирска до  Калининграда, наоборот, зона социальной депрессии, где жить нельзя и  избиратель либо зол, либо разочарован. На самом деле все наоборот: в Ивановской, Костромской, Рязанской, Тверской, Ярославской областях, конечно, медом не намазано, но люди оттуда не бегут в процветающий Дагестан, Ингушетию или Чечню, где гостеприимный Р.А.Кадыров гарантирует им все права, предусмотренные шариатом. Люди едут в противоположном направлении — из лучезарной Чечни, Тывы и  Мордовии в  не слишком благополучные, но все-таки еще живые регионы «конкурентного кластера». А это тут причем вообще? У вас есть какие-то исследования, можно не по нашей стране, который показывают, что люди переезжают из региона в регион в зависимости от результатов голосования?  Сейчас в Штатах очень популярные всякие тесты, «в какую страну вы хотите переехать, если победит Трамп». Однако все прекрасно понимают, что никто никуда в случае победы Трампа не переедет (аналогичные штуки были перед победой Буша, и тоже никто никуда не уехал). Внутри Штатов такая штука тоже не работает. На основании чего вы делаете вывод, что люди должны переезжать из регионов со слабой поддержкой ЕР в регионы с сильной поддержкой?

«Буря-то будет. Кровавыми соплями умоетесь.» Это еще один популярный тезис, как вариант, «скоро сорвет резьбу», «котел взорвется», «терпение лопнет». Откуда вы это взяли? Из настроений ваших фэйсбучных друзей? Я похожие мрачные прогнозы читаю лет 10. Каждый раз нам говорят, что вот, упущен последний шанс, и сейчас все взорвется.  Пока никаких факторов в подтверждение этой теории нет. Наоборот, население успокоилось, и даже несмотря на резкое падение уровня жизни какого-то массового недовольства не проявляет. Даже креативный класс не бастует, несмотря на массовые фальсификации. Кто будет эту бурю устраивать и когда?


Хочу подчеркнуть, возможно, вы во всех своих утверждениях правы (и во всех остальных, которые я  так детально не разобрал, тоже). Тогда нужно брать, исследовать каждую гипотезу в отдельности, представлять результаты научному сообществу, отвечать на их аргументы, и после их одобрения, представлять широкой публике как данность.

Могу сказать, что не все утверждения, которые распространены в обществе и воспринимаются как данность, подтверждаются исследованиями. Например, мы все живем с уверенностью, что бюджетники голосуют за ЕдРо. Однако в исследовании Александры Петрачковой по Москве обнаружена ровно противоположная зависимость: чем больше бюджетников приписано к УИКу, тем меньше там набирает ЕР. Увеличение доли бюджетников на 1% снижает голоса за ЕР на 0.24%. Я к тому, что все, даже очевидные  гипотезы нужно проверять. Поражение нужно анализировать не с позиции – опять там власти намухлевали, на самом деле мы знаем, что народ нас безумно любит. Иначе, через 5 лет вам придется писать ровно такой же политологический анализ, как сейчас.