Maxim Mironov (mmironov) wrote,
Maxim Mironov
mmironov

Category:

Почему страхование эффективней, чем проверки, и причем здесь партия.

Slon.ru
Экономическая программа для НавальногоЭкономическая программа для Навального

В своей статье Навальный заявил, что борьба с коррупцией и есть его программа, но конкретных мер не назвал. У меня есть для него пара хороших советов • Максим Миронов
Подробнее на Slon.ru


Оригинальный текст поста, до редактирования:

Почему страхование эффективней, чем проверки, и причем здесь партия.

Почитал комментарии к своему предыдущему посту, и решил ответить на возникшие вопросы.

1. Почему замена проверок страхованием ответственности сократит коррупцию и улучшит безопасность.

2 . Почему для проведения законов и прочей подобной деятельности нужна партия.

3.  Почему существующие партии не способны на эффективную борьбу с коррупцией.

Вопрос первый. Почему страхование работает эффективней, чем проверки?

Любой советский, а теперь и российский гражданин сталкивается с большим количеством проверок и регулирования во всех сферах своей жизнедеятельности. Понятно, что обилие различных проверок настолько вжилось в наше сознание, что многим кажется, что отмени проверки, как тут же мир погрузится в хаос – все кругом начнет гореть и взрываться, люди начнут травиться в каждом кафе и ресторане, а самолеты и пароходы начнут падать и тонуть чуть ли не ежедневно. Я сам, когда открывал свой первый бизнес 13 лет назад, абсолютно нормально относился к тому, что для того, чтобы открыть фирму, нужно вначале сходить в регистрационную палату, потом поставить ее на учет в налоговую, пенсионный фонд, соц. страх, и статистические органы (естественно, я сам по этим ведомствам не ходил, а нанял контору, которая имела свой штат сидельщиков  во всех очередях, и мне все сделали за неделю). Тем не менее, несмотря на строгие правила и огромное количество проверок при регистрации, в России действуют десятки тысяч однодневок, через которые, согласно моему исследованию «Экономика космонавтов», в 2003-2004 гг. обналичивалось 14%-17% ВВП. Может все дело в жадности капиталистов, которые не хотят платить налоги, и проверки хорошо работают в других сферах жизни? К сожалению, положительной связи количества проверок и безопасности не наблюдается и в других областях нашей жизни, не связанных с бизнесом.   Возьмем, к примеру, проверки на дорогах. Я на своей машине проехал более 30-и тысяч километров по разным странам Западной Европы, и ни разу не был остановлен полицейским (один раз мне по почте пришел штраф за превышение скорости на автобане, который я тут же оплатил по Интернету). В Морокко я проехал около 2-х тысяч километров, и был остановлен полицейскими 4 раза. Когда я вожу машину в России, меня останавливают в среднем один раз каждые 400-500 километров (то есть если ехать от Москвы до Питера, то можно ожидать, что вас остановят 1-2 раза). Согласно простой логике, что чем больше проверок, тем лучше безопасность, самые безопасные дороги должны быть в России и Морокко, а самые опасные должны быть в Западной Европе. Однако объективные показатели (количество аварий и смертность на дорогах) свидетельствуют об обратном.

Почему в странах с высоким уровнем коррупции проверки могут вести к снижению безопасности, а не к увеличению? Вернемся к нашему примеру дорожных полицейских. Если полицейский «кормиться» с нарушений, то он заинтересован в увеличении числа нарушений, так как это его «доходная» база. Поэтому он всегда постарается повесить знак «30», там, где безопасно ехать 60, и «60», там, где безопасно ехать 100. Водители также знают, что знаки вешают не для безопасности, а для «кормления», и начинают игнорировать знаки, понимая, что почти за каждое нарушение можно относительно дешево откупиться. В конце концов, это ведет к тому, что водители начинают игнорировать правила дорожного движения вообще, даже в тех случаях, когда они разумны, и направлены на их же безопасность.

С пожарными и инспекторами СЭС абсолютно такая же ситуация. Они заинтересованы установить немыслимое количество правил и норм, чтобы каждый предприниматель хоть что-нибудь, да нарушил. В итоге, действия предпринимателей направлены на получение «сертификата безопасности», а не на повышения уровня безопасности, как таковой.

Что произойдет, если отменить пожарные проверки и СЭС? Ну, во-первых, предприниматели не упыри и не вурдалаки, у них нет цели спалить заживо и/или перетравить всех своих клиентов. Более того, они скорее заинтересованы в обратном, чтобы их клиенты были целы и невредимы, а также ушли с их заведения вкусно накормленные и желательно не отравленные. Довольный и счастливый клиент – залог высокой прибыли, к максимизации которой стремятся все предприниматели.  Однако стимулы предпринимателя не настолько сильны, чтобы обеспечить максимальный уровень безопасности. Для этого и нужно страхование ответственности.

Как работает страхование? Страхование, в отличие от проверок, направлено на результат, а не на процесс. Если произойдет катастрофа, и пострадают (или даже погибнут) люди, то это значительный убыток для страховой компании. Поэтому, прежде чем выдать страховой полис, страховая компания отправит своего агента, чтобы проверить уровень безопасности заведения. Чем более безопасно заведение, тем ниже будет страховая премия, тем ниже будут издержки предпринимателя. Поэтому в случае со страхованием, и предприниматель, и страховая компания заинтересованы в повышении уровня безопасности. Более того, у предпринимателя появляются долгосрочные стимулы к сохранению высоких стандартов безопасности. Если он прошел один год без инцидентов (к счастью, не каждый пожар заканчивается трагедией, большинство инцидентов носит мелкий и локальный характер), то страховая компания будет понижать его страховую премию каждый год. Примерно также работает страхование гражданской ответственности водителей в большинстве странах мира.  Отсутствие нарушений ПДД и аварий снижает страховую премию, а каждое нарушение, наоборот, ее увеличивает.

Можно также ожидать положительного эффекта от появления дополнительных рабочих рук в экономике. Сейчас каждый проверяющий несет тройной негативный эффект. Во-первых, для его содержания требуется собрать налоги, которые в целом негативно влияют на экономику. Во-вторых, проверяющий, через коррупционную ренту, создает дополнительные издержки для бизнеса. В-третьих, экономика лишается пары рабочий рук. Ведь тот же человек мог бы заниматься чем-то полезным, а он тратит свои силы и талант на бесполезную (или скорее даже вредную) деятельность.

Поэтому принятие закона, который заменит проверки страхованием ответственности, может привести не только к снижению уровня коррупции и повышению общего уровня безопасности, а также увеличить общую производительность экономики за счет высвобождения неэффективно используемых трудовых ресурсов.

Вопрос второй. Причем здесь партия?

К сожалению, для того, чтобы закон был принят и вступил в действие, недостаточно написать блог на Слоне, и даже убедить значительную часть общества, что такой закон будет полезен. У меня есть опыт проведения проектов через различные гос. структуры, и могу с уверенностью сказать, что подобный законопроект должен пройти обсуждение и согласование как минимум в МЧС, минэкономразвития, профильных комитетах ГосДумы, и вполне возможно администрации президента. Не говоря о том, что кто-то должен подготовить сам текст законопроекта.  Вся эта работа требует значительных человеческих ресурсов. Поэтому должна быть организация, которая будет заинтересована найти такие ресурсы, заручиться поддержкой общества, и пройти все шаги, от разработки начального текста законопроекта, до его согласования во всех профильных министерствах и вынесение на обсуждение комитетов ГосДумы. Во всем мире подобными видами деятельности занимаются политики и политические партии. Поэтому я и предложил создать партию АнтиРаспил (в предыдущей колонке была допущена грамматическая ошибка, должно быть АнтиРаспил, а не АнтиРоспил).

Не обязательно, что эта партия будет соответствовать закону «О партиях…». На первых этапах будет вполне достаточно, если в этой партии будет всего 30-40 человек. Главное, чтобы каждый член такой партии занимался конкретным делом. Условно говоря, 7-8 человек занимаются законотворческой деятельностью, 10-15 – отслеживают коррупционные гос. закупки, еще 10-15 занимаются устранением коррупционных схем в ЖКХ. Если появляется новый проект (или существующий проект расширяет сферу деятельности), то привлекаются новые люди. Это как с успешными компаниями. И Apple, и Google, и Facebook, и многие другие успешные компании начинались всего с нескольких единомышленников. Когда у них дела пошли в гору, они расширялись, и нанимали сотрудников, пока не превратились в гигантов. Кардинально противоположный подход к созданию организаций – давайте выделим кучу ресурсов,  наймем 1000 человек, и сделаем что-то. Обычно, вероятность успеха таких проектов не очень высока, хотя такой подход довольно популярен в России (Сколково, Роснано, Фонд содействия реформированию ЖКХ). Гигантоманией страдают не только власти, но и оппозиция. Партия «Парнас» смогла привлечь 46,000 членов, однако когда ее не зарегистрировали, то на митинг в ее поддержку вышло только пара тысяч человек. Я ни в коем случае не утверждаю, что лидеры Парнаса фальсифицировали подписи или привлекали мертвых душ, однако по факту выяснилось, что мотивации большинства членов партии не достаточно даже для того, чтобы отстоять право своей регистрации. Качество и идейность членов организации в данном случае имеет намного больший эффект, чем количество. Поэтому власть боится Алексея Навального и его команду из четверых сотрудников Роспила намного больше, чем 46,000-ую партию. Об этом можно судить хотя бы по тому, что всех лидеров Парнаса уже пустили на федеральные каналы (и не по одному разу), а Навальный не только остается во всех черных списках, но даже любое упоминание его фамилии пытаются вырезать из телеэфира.

Поэтому сила антикоррупционной идеи и конкретная деятельность членов АнтиРаспила по ее воплощению в жизнь может иметь намного более мощный политический эффект, чем десятки тысяч формальных членов ничего незначащих партий. Если через пару-тройку лет своей деятельности, АнтиРаспил сможет привлечь 300 активных членов, которые смогут провести несколько реальных антикоррупционных законов и инициатив, то они получат поддержку миллионов сторонников, потому что с коррупции в России кормиться несколько десятков тысяч чиновников, а страдают - десятки миллионов нормальных граждан. И если эти 300 человек вдруг захотят оформиться партией, чтобы участвовать в выборах, то в поддержку этой инициативы ну улицу выйдут сотни тысяч людей. И власти просто некуда будет деться, как принять специальный закон, о регистрации партии с 300-ми членами (в конце концов, 300 членов вполне достаточно, чтобы сформировать большинство в парламенте - 226 человек, и еще останется 74 человека для формирования правительства). Прецеденты подобного влияния общества на власть уже имеются:  как только на Болотную и на Сахарова вышло несколько десятков тысяч человек, тут же в Госдуму были внесены законопроекты, которые существенно расширяют политические свободы. Причем те, кто вышли на Болотную и Сахарова не представляют ни одну из зарегистрированных или незарегистрированных партий, что не помешало им добиться существенно больших политических реформ, чем вся деятельность оппозиционных активистов и аффилированных с ними структур за прошедшие несколько лет.

     Поэтому на российском политическом поле есть ниша для появления антикоррупционной партии. Ей гарантированна мощная электоральная поддержка, при условии, что эта партия будет двигать реальные антикоррупционные инициативы, а не просто говорить «свобода лучше, чем несвобода».

Вопрос третий. Причем существующие партии не способны на эффективную борьбу с коррупцией?

     Это вопрос скорее риторический, тем не менее, я попытаюсь на него ответить. Безусловно, вопрос борьбы с коррупцией присутствует в программе любой политической партии. Однако по приоритетности эта проблема стоит где-то между «за мир во всем мире», и чтобы «дети в Африки не голодали». Ни у одной из партий, этот вопрос не стоит на первом и даже втором месте.  На словах, конечно, они все ярые борцы с коррупцией, однако дела, к сожалению, говорят об обратном. Последние 2-3 года ознаменовались несколькими крупными коррупционным скандалами. И ни одна из существующих партий не проявила к расследованию этих дел никакого существенного интереса. Любая партия, у которой борьба с коррупцией была бы хоть каким-то реальным приоритетом, просто бы мечтала получить такие поводы для деятельности, как дело Даймлера, буровые установки ВТБ, воровство в гос. компаниях Роснефть и Транснефть. Однако ни по одному из этих дел не было инициировано парламентского расследования, никто из лидеров зарегистрированных партий не написал запрос в прокуратору. Законы, о которых я говорил выше, также не являются каким-то недавним научным открытием. Подобные законы действуют в большинстве развитых странах мира. Однако ни одна из партий не инициировала принятие таких законов. Не стоит ожидать, что эти партии вдруг проснуться, и с понедельника начнут новую жизнь. Поэтому и необходимо создание новой политической силы, которая бы своей основной и единственной целью ставило борьбу с коррупцией.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments