Maxim Mironov (mmironov) wrote,
Maxim Mironov
mmironov

Categories:

Пост оптимизма или три причины беспокойства для Путина


В последние недели власть значительно усилила репрессии против оппозиции и независимых СМИ. Однако это скорее не проявлении силы, а демонстрация слабости режима. Есть как минимум три причины для их беспокойства.

1. Массовое увольнение сотрудников московского метрополитена (https://zona.media/news/2021/05/14/metro), направленное на устрашение возможных участников будущих оппозиционных акций, на самом деле говорит о полном провале месседжа, который власти посылали обществу в течение последних десяти лет. Какой был ответ власти на протесты 2011–2012 гг.? Есть какие-то зажравшиеся московские хипстеры и прочая недобитая интеллигенция, которые с жиру бесятся. А есть мужики с Уралвагонзавода, учителя, труженики села – они за путинскую стабильность, и, если надо, готовы приехать и вломить этим москвичам, чтобы не бузили. Есть два принципиальных отличия протестов 2021 г. от протестов 2011–2012 гг. Во-первых, противопоставление Москва – регионы уже не работает. Протесты прокатились по всей стране, и если условные мужики с Уралвагонзавода захотели бы вломить протестующим, то ехать никуда не надо – выходи за ворота проходной и вламывай своим же соседям, друзьям, коллегам. Во-вторых, сотрудников метрополитена очень тяжело назвать «зажравшимися москвичами или хипстерами» – это работяги, которые живут от зарплаты до зарплаты. Причем увольняют за поддержку Навального не только сотрудников Мосгортранса, но также учителей (https://www.severreal.org/a/31171038.html), полицейских (https://www.bbc.com/russian/news-55801413), сотрудников гостелеканалов (https://www.znak.com/2021-04-24/v_vgtrk_uvolili_sotrudnikov_gostelekanalov_iz_za_oppozicionnyh_vzglyadov). Этими увольнениями власть фактически признала, что массовое недовольство ее политикой присутствует во всех слоях общества, даже среди ее, казалось бы, ядерного электората.

2. Тихий бунт лояльных организаций. Вчера прошла новость, что профсоюз работников образования «Учитель» призвал ЕР не принуждать учителей участвовать в партийных праймериз (https://echo.msk.ru/news/2842454-echo.html). Судя по сайту, этот профсоюз (https://pedagog-prof.org/) – вполне системная организация. Что примечательно в этой новости? Учителей и других бюджетников и раньше принуждали участвовать в разных провластных мероприятиях на добровольно-принудительных условиях – митингах в поддержку властей, агитации родителей голосовать правильно и т.д. Это первый раз на моей памяти, когда лояльный Кремлю профсоюз выступил против такой обязаловки. Возможно, и массовые контрмитинги в этом году решили не проводить по тем же причинам. Помните, в 2011–2012 гг. на оппозиционные митинги власть ответила еще более массовыми митингами на Поклонной горе, куда свезла бюджетников из окрестных регионов? Сейчас ничего подобного не было. Возможно, Кремль понял, что в этом году принудить людей выйти в свой законный выходной будет непросто.
3. Еще одна новость последних дней, что руководитель местной ячейки ЕР решила покинуть партию и поддержать оппозиционную коалицию «Новосибирск 2020» (https://sibkray.ru/news/2126/943093/ ). Это сигнал того, что молодые карьеристы уже не видят своего будущего вместе с партией власти. Они прекрасно понимают, что ее пирог сжимается – мандатов будет все меньше. За них будет идти драка уже существующих членов партии. Молодым пора перекладывать яйца в корзину оппозиции, которая будет расширять свое политическое влияние.

В последние недели многие комментаторы высказали мнение, что «Путин испугался» и «Путин истерит». Я согласен с ними, и вот вам два сигнала, которые свидетельствуют о том, что Путин стал намного сильнее бояться оппозиции.
А) Признание ФБК и штабов Навального экстремистскими организациями. На протяжении последних 10 лет власть изо всех сил принижала статус Навального и его сторонников. Навального называли никому не интересным блогером и мелким жуликом – то он лес украл в Кирове, то на почте с братом что-то они намутили. В колонии он сейчас сидит не за экстремизм, а потому, что вовремя не отмечался во ФСИН, когда был на лечении в Германии, причем сидит по делу «Ив Роше» (https://ovdinfo.org/story/delo-iv-roshe), которое яйца выеденного не стоит. Его соратников также старались привлекать по делам, не связанным формально с политикой, например, Леонида Волкова судили за то, что он поломал микрофон журналиста Lifenews (https://ovdinfo.org/story/mikrofonnoe-delo). Янкаускаса, Ляскина и Ашуркова обвиняли в мошенничестве (https://www.kommersant.ru/doc/2491263). Партию Навальному также не давали регистрировать по надуманным предлогам, то название уведут прямо перед учредительным съездом, то к бумажкам придерутся. То есть на протяжении всех последних лет власть как бы говорила обществу, что Навальный и его сторонники – это мелкие жулики, у которых нет никакой программы, и которые даже не могут правильно оформить документы. Сейчас маски сброшены. Признание экстремисткой организацией значит, что в будущем соратников Навального будут привлекать по политической статье, партию не дадут зарегистрировать по политической причине, а не потому, что они какие-то бумажки не так оформили, в выборах им не дадут участвовать – по политической причине, а не потому, что они как-то не так подписи собрали.
На самом деле признание ФБК и штабов Навального экстремистскими организациями – это самое высокое повышение их политического статуса с момента их основания. Ведь общество видит, что на борьбу с организацией Навального власти тратят намного больше ресурсов, чем на борьбу со всеми террористами вместе взятыми. Общество также видит, что сотрудники Навального никого не убивают и не взрывают. Единственный урон, который ФБК и штабы Навального могут нанести власти – это урон политический. Формальное признание соратников Навального экстремистами – это сигнал того, что власть их боится намного больше, чем настоящих террористов.

Б) Запрет причастным к экстремистским организациям (читай ФБК и штабов Навального) участвовать в любых выборах (https://tass.ru/politika/11438081), «при этом причастными к таким организациям будут, в частности, считаться лица, выразившие им поддержку, в том числе в интернете». Закон имеет обратную силу, то есть всем тем, кто в течение трех последних лет залайкал пост Навального или ФБК может быть отказано в участии в выборах.
Почему этот закон – признак слабости власти? С формальной точки зрения, этот закон избыточен. У властей и так было достаточно рычагов, чтобы не допустить до выборов неугодных, начиная с оформления документов и заканчивая забраковкой подписей. Однако из-за падения рейтингов применение этих формальных рычагов дается властям все труднее и обходится все дороже. В последний раз, когда Соболь, Яшина и других независимых кандидатов не пустили на выборы по надуманным предлогам, в Москве вспыхнули волнения, и успех «Умного голосования» на выборах в Мосгордуму был в том числе вызван политическим процессом вокруг их выдвижения. Де-факто власти признают, что у них много механизмов для снятия любых кандидатов с выборов, но уже недостаточно политического ресурса, чтобы эти механизмы применять, поэтому нужно придумать еще какой-то механизм, чтобы снимать неугодных кандидатов на дальних подступах, даже не давая им формального повода быть зарегистрированными и начать собирать подписей.

Я не буду давать никаких прогнозов по поводу судьбы путинского режима. Он может как рухнуть в течение года, так и просуществовать еще 20–30  лет. Но что уже стало очевидно, что даже если он продолжит существовать, это будет качественно иной режим, чем в предыдущие 20 лет. В этом году уже стало очевидно, что рейтинга Путина и «Единой России» не хватает для продолжения прежнего курса. Если первые 20 лет режим держался на политическом лидерстве Путина, то теперь он будет держаться на страхе.


Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 47 comments

Recent Posts from This Journal